Калининградская область: как мы здесь оказались. Часть 2.
Представительство МИД России в Калининграде
+ 7 (4012) 21-37-12
/
Обращения граждан

Калининградская область: как мы здесь оказались. Часть 2.

Калининградская область: как мы здесь оказались. Часть 2.     

Предлагаем вашему вниманию воспоминания родственников сотрудников Представительства МИД России в Калининграде, ставших участниками становления региона.

Война, обретение новой малой родины и судостроительный завод «Янтарь» в истории жизни родственников сотрудницы Представительства Татьяны Иваниковой.


Мой дед Вячеслав Борисович Садлинский, родился 18 декабря 1923 г. в Ростове-на-Дону. При подходе фронта вместе с семьей был эвакуирован в Краснодарский край. По месту прибытия он явился в военкомат, отец и брат уже воевали. В начале 1942 года дед получил вызов  в Краснодарское пулеметно-минометное училище, где в мае курсантом принял присягу, а в июле в составе эшелона был отправлен по направлению к Сталинграду.

Почти три года он безотрывно находился в боевых порядках 7-й гвардейской армии, имел три контузии, но ни разу не обращался к медикам, боясь отстать от своей армии. Сталинград, Харьков, Курская Дуга, Днепр, Украина, Молдавия, разгром немцев в Румынии, Венгрии, Чехословакии и Австрии – вот что пришлось на долю командира минометного расчета, старшего сержанта Садлинского. Примечательно, что войну он закончил на родине Гитлера, в городе Линце, где встретился с союзными войсками. За проявленные стойкость и мужество в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками дед награжден медалями: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда» и другими.

В 1945 году дед отправился на малую родину - в Ростов-на Дону, но свой дом не нашел: южный красавец-город был фактически полностью разрушен. Получив приглашение от старшего брата, ставшего после демобилизации председателем колхоза в Красноярске, прилетел в сибирский край в надежде обустроиться на новом месте и после ужасов военных лет спокойно зажить мирной жизнью. Здесь он получил профессию инженера, женился и практически обрел свое счастье, но в суровом сибирском климате фронтовые раны все чаще давали о себе знать. В декабре 1947 года принимает решение перевезти жену с ребенком (в октябре у них родилась дочь Галина, моя мама) в Калининград, где, как он был убежден, тоже сможет быть полезен Родине. 

С января 1948 г. был принят молодым специалистом на судостроительный военный завод № 820 (до 1945 г. - «Шихау» немцы, отступая, не успели его взорвать) в качестве инженера. Поселился с семьей недалеко от места работы в уцелевшем особняке в поселке Шоссейное (ранее - Кальген).

Дом в пос.Шоссейное. 1950-е гг. Фото из семейного архива Т.Н. Иваниковой

Сурово встретили переселенцев новые места – кругом руины. Центр был полностью разрушен, вагоны на железнодорожных путях покорежены, кругом противотанковые ежи, доты, брошенные орудия. При вербовке утверждали, что в городе все спокойно, но частенько можно было услышать интенсивную стрельбу: отлавливали «банду власовцев». 

Жить в большом двухэтажном доме было страшновато, поэтому через несколько недель они уже делили дом с другой семьей таких же переселенцев. В доме сохранилась мебель, кое-какая кухонная утварь. Кстати, практически все сохранившиеся в городе жилые постройки были добротные, полы паркетные, стены крашеные, печи кафельные. С продовольствием было туго, и чтобы не умереть с голоду приходилось вести натуральное хозяйство. От государства семья получила корову, пару коз, кроликов и кур. 

Моя бабуля, Садлинская Нина Ивановна, 07.01.1928 г.р. (в девичестве Талдыкина), лет пятнадцать не работала, вела хозяйство, до тех самых пор пока семья не переехала в квартиру, после чего до самой пенсии трудилась на заводе «Янтарь» в должности газорезчицы. Она рассказывала, что после заселения в дом несколько недель боялись пить воду из колодца, так как думали, что она, возможно, отравлена врагами - воду брали из ручейков. 

Кенигсберг произвел на бабулю впечатление обгоревшего, разрушенного до основания города, который давно покинули его жители. Реки текли черного цвета, кругом бегали крысы. Бабушка откровенно скучала по Сибири.  Дождливыми калининградскими зимами она обычно причитала: «Ну что это за гнилая зима (+5 С)! То ли дело у нас (в Новосибирске): зима как зима, -25 С, солнечно и сухо, сугробы кругом, белым-бело вокруг, а здесь как в болоте!». 

Дед же был оптимистом и обычно говорил: «Мы создадим «Город – сад»! Это будет самый красивый город в России». Так это или нет, судить нам, их потомкам. На мой взгляд, у них это получилось.