Российские консульские учреждения в Восточной Пруссии в конце XIX - начале XX вв.

Статья опубликована в сборнике:
Калининградские архивы. Калининград, 2000. Вып. 2. С. 80-89

Ю.В. Костяшов

 

Сеть русских консульств и миссий за границей в последние десятилетия существования Российской империи была более обширна, нежели в настоящее время1. Их количество в некоторых европейских странах доходило до двух десятков. Более всего российских дипломатических миссий было сосредоточено во Франции и в Германии, как самых посещаемых русскими подданными странах. Так, в Германии, помимо посольства в Берлине, имелись консульские учреждения в городах и землях: Бадене (Карлсруэ), Брауншвейге, Бремене, Бреславле, Веймаре, Висмаре, Виртемберге, Гамбурге, Данциге, Дрездене, Кенигсберге, Киле, Лейпциге, Любеке, Мекленбурге, Мемеле, Мюнхене, Нейштате, Пиллау, Ростоке, Свинемюнде, Стральзунде, Торне, Штеттине.

Основание постоянного представительства России в Восточной Пруссии было положено еще в конце XVIII в. Екатериной II, которая в 1783 г. назначила первым русским "консулем" в Кенигсберге Ивана Исакова2. На протяжении XIX в. миссия в Кенигсберге возвысилась до ранга генерального консульства (с 1880 - вновь консульство), открылось консульство в Мемеле, а в конце столетия еще и вице-консульство в Пиллау3. В настоящей статье будет затронута деятельность российских консульских учреждений в Восточной Пруссии с начала 80-х годов XIX в. до первой мировой войны4.

В указанный период районы деятельности трех российских миссий распределялись следующим образом. К  сфере компетенции консула в Кенигсберге относилась вся территория Восточной Пруссии, за исключением мемельского консульского округа. В последний входили Мемельский, Гейдекрукский, Рагнитский, Тильзитский и Нидерунгский ландратские округа; часть косы Курише Нэрунг, начиная от города Мемеля до границы ландратского округа Фишгаузен, около деревни Нидден. Миссия в Пиллау не имела в своем ведении отдельной территории и считалась частью кенигсбергского консульского округа5.

Штатный состав всех трех представительств был более чем скромным. В Кенигсберге находился один консул (с 1898 г. ему в помощь добавили секретаря); в Мемеле, напротив, всегда было два работника: консул и консульский агент (с 1898 г. - секретарь), и только с в 1912 г. вторую должность сократили. Вице-консульство в Пиллау вообще относилось к разряду "нештатных".

Содержание консульств и их сотрудников, согласно установлениям 1893 г., обходилось государству в 9-10 тыс. рублей в год. В эту сумму входили жалованье консула - 5250 руб., секретаря - 3000 руб., оплата канцелярских расходов - 750 руб. в Мемеле и 1500 руб. в Кенигсберге6. Кроме того, от 10 до 25 рублей ежегодно предназначалось на телеграфные расходы. Только один раз, в 1905 году, эта статья расходов превысила смету в сотни раз7.

В своих ежегодных отчетах консульские работники постоянно жаловались на "скудное содержание", которое не дает им возможности "поддерживать с представителями властей и влиятельных кругов общества те личные интимные отношения", без которых не образуются прочные связи. В результате страдало дело, так наши консулы были "вынуждены жить уединенно, более чем скромно"8.

Кроме того, МИД не выделяло для консулов в Европе денег на квартиру (она оплачивалась из жалованья), ни на казенные помещения. Последние нанимались за счет канцелярских сумм, если их хватало. В противном случае консул вынужден был принимать посетителей у себя на дому. Консулу в Кенигсберге В.Г. Жуковскому неоднократно приходилось менять местоположение своей резиденции, так как владельцы квартир "выражали неудовольствие на посетителей консульства, рабочих, за грязь и шум". В одном из донесений он даже высказал мнение, что в главных центрах Европы, к коим относил и Кенигсберг, где "русские консульства всегда будут необходимы, следовало бы постепенно приобретать особые дома под их помещения".  В.Г. Жуковский добавлял, что русские дипломатические работники в Кенигсберге чувствуют себя ущербно по сравнению с консулами из других стран, чье жалованье в пересчете на российские деньги достигало 7,5 - 8 тыс. руб. в год9. Особенно угнетала консула "весьма стеснительная в материальном отношении необходимость принимать участие в местных немецких благотворительных сборах". С целью поддержания престижа ему приходилось тратить крупные суммы, каковые он считал справедливым "ставить в счет чрезвычайных издержек"10.

Дело осложнялось еще и тем, что консульство в Кенигсберге было едва ли не единственным российским представительством за границей, где, как говорилось в отчете за 1907 г., "библиотека довольно обширна и помещается в отдельной комнате". Библиотека состояла из собрания законов, распоряжений правительства, различных справочников и другой юридической литературы. Быть может, это обстоятельство сыграло свою роль, и Министерство в конце концов стало выделять консульству на оплату канцелярских помещений 559 руб. на год11. Кстати, на протяжении всего рассматриваемого периода ни Кенигсберг, ни Мемель не упоминаются среди городов, где при консульствах имелись русские церкви12.

Издержки на содержание консульств частично или даже полностью возмещались за счет сбора консульских пошлин13. Так, в 1907 г. доходы консульства в Кенигсберге составляли 7995 руб. 33 коп., в Мемеле - 1466 руб. 31 коп., в 1912 г. соответственно 11432 руб. 76 коп. и 2020 руб. 95 коп.14 Как видно из приведенных цифр, кенигсбергская миссия в принципе была рентабельной, тогда как представительство в Мемеле не покрывало и четвертой части расходов на свое содержание.

Каковы же были полномочия, сфера деятельности и круг обязанностей консульских служб в рассматриваемый период?

Первый русский консульский устав был издан в 1820 г. В 1858 г. последовало принятие нового устава, который оставался в силе до начала XX в. Наконец, в 1902 г. был издан окончательный вариант консульского устава, действовавший вплоть до крушения Российской империи в 1917 г.15

В соответствии с уставом консулы были четырех разрядов: генеральные консулы - начальники округов; консулы - заведующие частями округов, городом или портом; вице-консулы и консульские агенты, находившиеся в подчинении служащих первых двух разрядов. Кроме того, консулы могли быть штатными, являвшиеся российскими должностными лицами и к тому же исключительно из русских подданных. Нештатные или выборные консулы назначались, как правило, из местных подданных, обычно коммерсантов, и не состояли на русской службе. Консулы всех рангов подчинялись российским послам в стране своего пребывания. Они не имели права дипломатического представительства, подчинялись местным законам и не пользовались правом экстерриториальности (неприкосновенным был только архив консульства)16.

Согласно последней редакции устава консулы обязаны были "заботиться о выгодах российской торговли и мореплавания" и "блюсти, чтобы честь русского имени была всегда поддерживаема" (статьи 1, 90). Они выступали "посредниками в тяжбах и спорах между российскими подданными торгового звания", а всем россиянам за границей, в свою очередь, запрещалось "в спорных делах между собою искать суда у местных начальств" (статьи 2, 176). По отношению к русским подданным консулы исполняли также функции нотариата: выдавали свидетельства о рождении, браке, смерти; подтверждали подлинность завещаний и других документов, заверяли их копии и т. д. Важнейшей функцией консульств была выдача паспортов и виз как своим подданным, так и иностранцам. Причем закон требовал, чтобы каждый находящийся за границей россиянин по прибытии в город должен был явиться в консульство, представить паспорт и сообщить о цели своего путешествия (статья 145)17.

Консулы обязаны были посылать в министерство финансов еженедельные донесения об изменении цен на товары и вексельном курсе в месте своего пребывания, а также другую коммерческую информацию (статья 92)18.

Не обошлось, конечно, и без полицейских функций19. С целью наблюдения "за благочинием" россиян в обязанность консулу вменялось создание из числа соотечественников своего рода актива добровольных помощников, возглавляемого "двумя старейшинами и двумя кандидатами для замены". Такие активисты, в свою очередь, должны были доносить консулу, "если заметят кого-либо в предосудительных поступках"20.

Нештатные консулы были более ограничены в своих полномочиях по сравнению с обычными. Они, в частности, не могли оформлять сделки о покупке недвижимости, свидетельствовать завещания и совершать другие нотариальные акты. В 1915 г. у них также было изъято право выдачи паспортов и виз21.

Представления о конкретной деятельности российских представительств в Восточной Пруссии дают донесения консулов. Последние в основном содержали коммерческую информацию, которая должна была помочь российским производителям и торговцам сориентироваться в конъюнктуре местных рынков. Наряду с данными о ценах, пошлинах, вексельном курсе, сообщались сведения о запасах тех или иных товаров. Особенно детально (с учетом характера российского экспорта) анализировались виды на урожай. Так, консул в Кенигсберге П.Я. Таль сообщал в донесении от 27 (15) июня 1886 г.:

"Господствовавшая на прошлой неделе свежая и дождливая погода в Восточной Пруссии несколько замедлила сенокос и урожай клевера. Вообще же погода до сих пор благоприятствовала произрастанию посевов. Озимая рожь хорошо отцвела и обещает хорошее зерно. То же можно сказать и о пшенице. Яровые посевы, всходы которых по причине засухи были несколько тощи, ныне, с наступлением более влажной погоды, начали хорошо развиваться. Состояние репы и картофеля удовлетворительное"22.

В донесении от 4 июля (22 июня) того же года, наряду с биржевыми новостями, описанием застоя в коммерческих делах, торговле хлебом и чаем, специально рассматривался вопрос о судоходстве в зимнее время, которое в последние годы прекращалось из-за сильных морозов. "Для устранения неудобств, происходящих от замерзания фарватера между Кенигсбергом и Пиллау, - сообщал, в частности, П.Я. Таль, - здешнее купечество приобрело в прошлом году паровой ледокол, который, однако, в этом году не мог действовать по причине господствующих еще в феврале месяце холодов. Официальное открытие судоходства последовало 9 апреля"23.

Осенью того же года консул основное внимание уделял последствиям распоряжения кенигсбергского президента о запрете на ввоз скота из России. Наряду с овцами и козами, разделанными тушами и сушеным мясом, запрет распространялся и на такую статью российского экспорта, как навоз24. Любопытно, что одним из основных предметов импорта из Восточной Пруссии в Россию были сельди. В 1887-1888 гг. их вывозили по 120 тыс. бочек в год25.

Среди сообщений нередко встречались сведения о торговых ярмарках, в том числе о ежегодных шерстяных ярмарках в Кенигсберге, животноводческих - в Гумбиннене и Инстербурге; о работе портов, количестве приходящих и уходящих судов. Последняя тема интересна тем, что из консульских донесений ясно видно, что восточно-прусские порты в конце XIX в. начали постепенно хиреть.

В 1886 г. в портах Кенигсберга-Пиллау было обработано около 7 млн. центнеров грузов, тогда как в Данциге в полтора, Шттетине и Бремене в два, а в Гамбурге в семь раз больше. В том же году грузооборот мемельского порта составил всего лишь 2,9 млн. центнеров. Особенно неблагоприятным был тот факт, что грузооборот германских портов за период с 1881 по 1887 год вырос на 20 %, тогда как в Кенигсберге остался на прежнем уровне. Объясняя причины такого застоя, консул П.Я. Таль высказывал мнение, что всему виной высокие тарифы российской железной дороги, которые лишают Кенигсберг роли посредника в торговых сношениях России с Европой26.

Говоря о морской торговле, нельзя не отметить мизерное количество российских судов, посещавших кенигсбергский порт. В 1888 г. их было всего 5 из общего числа в 2330 кораблей  или 0,2 %, тогда как английский торговый флот был представлен317 кораблями (13,6 %), датский - 384 (16,5 %) и т.д.27 Ситуация не изменилась и спустя два десятилетия. В 1907 г. в кенигсбергский порт заходили 4 российских парохода и еще 28 парусников, в мемельский соответственно 5 и 8. Для сравнения: в том же году Любек посетило 247 паровых судов под российским флагом, Стокгольм - 297, Копенгаген -148, Шттетин - 7628.

Судя по донесениям российских консулов, самым главным предметом экспорта из России было зерно, преимущественно овес. Его подвоз в Кенигсберг составил в 1887 г.  - 247,1, в 1888 г. -  439,3, в  1905 - 582,6 тыс. тонн. По своему качеству оно было лучше германского, а часть его отправлялось дальше на Запад29.

  Второй по значимости статьей российского экспорта был строевой лес; в 1905 г. его ввезено 660 тыс. куб. м. Консул А.М. Выводцев, объясняя причины все возраставшего спроса на древесину, указывал на широкие масштабы строительных работ. Кенигсберг, сообщал он, "застраивается громадными зданиями, так как все спешат сбывать и застраивать городские участки в ожидании снесения старых крепостных стен, о чем уже давно ведутся переговоры с военным ведомством"30. Еще более значимыми были поставки русского леса для северных районов Восточной Пруссии. Об этом свидетельствует донесение мемельского консула С.А. Протопопова в 1914 году:

"Лесная промышленность Мемеля, как и Тильзита, существует исключительно за счет русского леса, привозимого, главным образом, в виде сырья, дающего материал местным деревообрабатывающим фабрикам и заводам. В 1910 г. в Мемеле и на пути к нему из Тильзита насчитывался 31 лесопильный завод. Среди ввозимых в Мемель лесных материалов наиболее важное значение имеет хвойный, главным образом, сосновый и отчасти еловый круглый лес. За последнее время быстро возрастает ввоз целлюлозного леса"31.

Среди товаров, которые ввозились в Восточную Пруссию из России, практически не встречались промышленные изделия. Пожалуй, единственным упоминанием на этот счет было донесение консула в Кенигсберге В.Г. Жуковского в 1907 г., отмечавшего "удачную попытку русского кустаря Новикова, объехавшего лично почти всю Германию и сделавшего хорошие дела по продаже кустарных изделий". Консул высказывался "за желательность устройства передвижной кустарной выставки"32.

Помимо информирования различных государственных ведомств, консулы обязаны были содействовать коммерческой деятельности частных лиц и фирм. Однако таковых было немного. По оценке МИД, обращения и запросы российских предпринимателей в кенигсбергское консульство "чрезвычайно редки и обыкновенно весьма бестолковы и поверхностны". Консул в Мемеле вообще из года в год повторял, что "доносить было не о чем". Отсюда неудивителен вывод министерства о деятельности консульских учреждений в области содействия отечественным торгово-промышленным интересам, которая "не представлялась сколько-нибудь значительной и не давала серьезных результатов"33.

Отсутствие реальных результатов, как и в любом бюрократическом учреждении, компенсировалось внушительным бумагооборотом и громадной перепиской. Количество входящих и исходящих бумаг представительства в Кенигсберге за 1907 г. составило 1602, а в Мемеле - 948 документов. Это были главным образом обширные компилятивные записки, сведения для которых были почерпнуты из местной прессы34.

Однако в деятельности консульств было и одно живое дело. В Восточной Пруссии находилась одна из самых больших российских колоний в Германии: в начале века в Кенигсберге постоянно проживало 1000 русских подданных и еще 75 студентов, в Мемеле - 572 человека35. Ежедневно консульство в Кенигсберге посещали от 10 до 35 человек. И хотя приемные часы были установлены с 10 утра до 1 часу дня (кроме воскресенья и праздничных дней), работать приходилось более 5 часов в день. Основными посетителями были российские рабочие, которые жаловались на неисполнение немецкими хозяевами контрактов и "худое обращение". При этом в отчетах консульства отмечалось, что "большинство жалоб рабочих совершенно не основательно". Часть таких работников консульство возвращало на родину (в 1907 г. - 248 человек), выдавая небольшое денежное пособие на проезд36.

С начала 80-х годов и до первой мировой войны в Кенигсберге сменилось семь консулов, а в Мемеле десять. Обычной практикой в российском МИД был перевод консульских работников на новое место через 3-5 лет службы. Консульский пост в Кенигсберге на протяжении всего этого периода, за единственным исключением, возглавляли русские, тогда как в Мемеле соотношение русских и немцев из числа российских подданных было пятьдесят на пятьдесят. При этом накануне войны назначение немцев даже на второстепенные должности секретарей консульств было прекращено (см. приложение).

Императорские консульства в Кенигсберге и Мемеле прекратили свое существование с началом мировой войны. В официальных документах МИД все российские консульские работники в Восточной Пруссии значились как отозванные с места службы на родину. В действительности их судьба, по крайней мере, в первые месяцы войны складывалась более драматично. Об этом мы знаем из записок русской сестры милосердия Прасковьи Александровны Казем-Бек, которая осенью 1915 г. с миссией Красного Креста посетила германские лагеря для военнопленных. В одном из них она встретила одного петербургского чиновника, господина М., находившегося в Кенигсберге по торговым делам и арестованного вместе с консулом З.М. Поляновским в день объявления войны.

"Он рассказал мне, - пишет П.А. Казем-Бек, - все перипетии, пережитые им: как совместно с консулом и другими лицами, в том числе одной дамой, переписчицей Поляновского, они были помещены в тюрьму в одной общей комнате, где они провели одиннадцать дней, и предварительно их продержали девять дней в полицейском участке; как потом их перевезли в Берлин. Путешествие длилось 30 часов, каждый из арестованных сидел между двух солдат, которые поясняли немецкой публике, что перевозятся шпионы. В Берлине они были размещены по одиночным камерам в Зюдлихер Милитер Арестанштальт*, где он провел три месяца, причем выпускали его на прогулку всего на полчаса в сутки"37.

Эти записки пока остаются последним известным свидетельством о судьбе русских консульских работников в Восточной Пруссии в годы первой мировой войны.

Приложение

Список российских консульских работников в Восточной Пруссии в конце XIX - начале XX вв.

АДАМОВИЧ ПЕТР ЛЕОНИДОВИЧ - секретарь консульства в Кенигсберге в 1903-1908 гг. Службу в Министерстве иностранных дел начал в качестве прапорщика запаса сверх штата в 1898 г.; в 1900 г. получил должность делопроизводителя в чине губернского секретаря при канцелярии МИД. С 1903 г. назначен секретарем консульства в Кенигсберге с повышением до чина коллежского секретаря. Оставался на этом посту вплоть до 1908 г., дослужась до чина титулярного советника, после чего был направлен на службу в Берлин в качестве вице-консула.

БЕЛОЗЕРСКИЙ ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ - секретарь консульства в Мемеле в 1898-1899 гг. Назначен на эту должность приказом по МИД 23 мая 1898 г., имея гражданский чин X класса (коллежский секретарь), а в июне 1898 г. был переведен в титулярные советники.

ВЕНЦЕЛЬ К. - вице-консул в Пиллау в 1906-1914 гг., германский подданный. Был нештатным консулом, подчиняясь российскому консульству в Кенигсберге. Оставался на этом посту вплоть до начала первой мировой войны.

ВЫВОДЦЕВ АРТЕМИЙ МАРКОВИЧ - консул в Кенигсберге в 1897 -1907 гг. Начал службу в качестве делопроизводителя в Московском главном архиве МИД. В 1883 г. был назначен вице-консулом в Гамбург, в 1890 г. переведен на консульский пост в Сингапур, а в 1895 г. в Триест. Приказом по МИД от 26 июня 1897 г. А.М. Выводцев перемещается консулом в Кенигсберг, имея в это время чин статского советника. После десятилетней службы в Восточной Пруссии дипломат был назначен в 1907 г. генеральным консулом в Сингапуре, а затем переведен на такую же должность в Нагасаки (Япония). Свою дипломатическую карьеру А.М. Выводцев завершил в чине действительного статского советника, находясь на посту генерального консула в Сан-Франциско, куда был переведен из Японии в 1915 г. За многолетнюю успешную деятельность на дипломатическом поприще награжден орденами Св. Анны второй степени, Св. Владимира четвертой степени, черногорским орденом Князя Даниила I третьей степени, орденом Румынской короны кавалерского креста.

ВЫШЕМЕРСКИЙ Ф. - генеральный консул в Кенигсберге в 1861-1884 гг. Награжден орденом Св. Станислава второй степени.

ДАМЬЕ  НИКОЛАЙ ЮЛЬЕВИЧ - консул в Мемеле в 1897-1906 гг. Службу в Министерстве иностранных дел начал в 1887 г. в департаменте внутренних сношений делопроизводителем VIII класса. В 1894 г. назначен вице-консулом в Берлине в чине надворного советника. На основании приказа по МИД от 4 апреля 1897 г. переведен консулом в Мемель, а в следующем году получил чин коллежского советника. В 1906 г. в чине статского советника назначен в консулом в бельгийский город Антверпен; в 1909-1912 гг. был генеральным консулом в Женеве. Дипломатическую карьеру завершил с началом первой мировой войны в чине действительного статского советника, находясь на посту генерального консула во Франкфурт-на-Майне. За безупречную службу пожалован орденами Св. Станислава второй степени, Большим крестом ордена Св. Михаила Баварского, Командорским крестом второго класса шведского ордена Вазы.

ЖУКОВСКИЙ ВЛАДИМИР ГРИГОРЬЕВИЧ - консул в Кенигсберге в 1907-1909 гг. В 1897 г. окончил Санкт-Петербургский университет с дипломом I-ой степени и был определен на службу в азиатский департамент МИД в чине коллежского секретаря. В 1899 г. начал дипломатическую карьеру с должности секретаря генерального консульства в Галаце (Румыния), продолжил службу вице-консулом в турецком городе Адрианополе. В 1907 г. с пожалованием чина надворного советника переведен консулом в Кенигсберг, где оставался до 1909 года. После Восточной Пруссии служил консулом в Праге, откуда был отозван в 1914 г. в связи с началом первой мировой войны в чине статского советника. Награжден орденами Св. Анны третьей степени и Св. Станислава второй степени.

КАРАСЕВ КОНСТАНТИН АЛЕКСЕЕВИЧ - консул в Мемеле 1909-1911 гг. Окончил Санкт-Петербургский университет с дипломом II-ой степени и в 1894 г. причислен к департаменту внутренних сношений МИД, где прослужил три года в чине губернского секретаря. В 1897 г. отправился на должность секретаря консульства во Львове (Австро-Венгрия), продолжил службу вице-консулом в Стокгольме. В 1909-1911 гг. в чине надворного советника был консулом в Мемеле, затем переведен на консульский пост в Любек, откуда был отозван в 1914 г. по случаю начавшейся первой мировой войны. Награжден орденом Св. Станислава третьей степени.

ЛОВЯГИН АЛЕКСАНДР ЕВГАФОВИЧ -  консул в Мемеле в 1906-1909 г. Окончил курс наук в императорском Александровском лицее с чином X класса и в июне 1886 г. был определен на службу в Санкт-Петербургский главный архив МИД. Через год переведен в Министерство внутренних дел, а в апреле 1891 г. вернулся на службу в канцелярию МИД, где занял должность помощника младшего чиновника и через несколько лет вырос до чина коллежского асессора. Дипломатическая карьера началась в 1895 г. с назначения на пост вице-консула в Амстердаме. В 1898-1906 гг. был вице-консулом в Торне (Торуне), а затем переведен в Мемель, где занял пост консула с чином статского советника. В 1909 г. А.Е. Ловягин покинул Восточную Пруссию в связи с назначением генеральным консулом в Христиании (Норвегия), где он оставался до первой мировой войны, а в 1915 г. был отозван в Санкт-Петербург в распоряжение МИД. Завершил службу в чине действительно статского советника. За заслуги был пожалован орденом Св. Анны второй степени.

ЛОДЫЖЕНСКИЙ (ЛАДЫЖЕНСКИЙ) НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ - консул в Кенигсберге в 1891- 1894 гг. Начал службу в качестве чиновника особых поручений при Министерстве финансов, откуда в 1886 г. был переведен в ведомство МИД и вскоре назначен консулом в Черновцах (Австро-Венгрия). Приказом по МИД от 12 июня 1891 г. переведен консулом в Кенигсберг, где оставался до 1894 г., имея чин статского советника. Затем был назначен сначала консулом , а потом генеральным консулом в Галаце (Румыния). В 1903 г. переведен на пост генерального консула в Нью-Йорке, откуда и вышел в отставку в июне 1908 г. в чине действительного статского советника. Был награжден российскими орденами Св. Анны второй степени, Св. Станислава первой степени и греческим орденом Спасителя третьей степени.

МЕЛЬНИКОВ ПАВЕЛ АЛЕКСЕЕВИЧ - консул в Кенигсберге в 1894-1897 гг. Начал службу в первой половине 1880-х годов в департаменте внутренних сношений МИД с самого младшего чина коллежского регистратора. В 1894 г. был назначен консулом в Кенигсберг, имея чин коллежского асессора. Приказом по МИД от 26 июня 1897 г. переведен консулом в Триест, затем возглавлял генеральное консульство в Женеве. Завершил дипломатическую карьеру в годы первой мировой войны в чине действительного статского советника на посту генерального консула в Копенгагене. Награжден орденами Св. Анны второй степени, Св. Станислава третьей степени с мечами и бантом и Командорским крестом португальского ордена Зачатия Пресвятой Богородицы.

МУССУРИ (МУСУРИ) ЕГОР КОНСТАНТИНОВИЧ - консул в Мемеле в 1895-1897 гг. Начал службу чиновником сверх штата департамента внутренних сношений МИД в начале 1880-х годов. В 1887 г. направлен на должность секретаря генерального консульства в Стокгольме, в 1891 г. переведен на пост вице-консула в Гамбурге. В 1895 г. в чине коллежского асессора занял место консула в Мемеле, откуда приказом по МИД от 4 апреля 1897 г. был перемещен консулом в Лиссабон. В начале XX в. служил генеральным консулом в Христиании (Норвегия), имел чин статского советника. За заслуги был пожалован орденом Св. Станислава второй степени и Кавалерским крестом португальского ордена Зачатия Пресвятой Богородицы.

ОЛЬФЕРЬЕВ ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ - секретарь консульства в Кенигсберге в 1910-1914 гг. Происходил из семьи дипломата. Его отец был действительным тайным советником и в царствование Александра III состоял чиновником особых поручений при Министерстве иностранных дел. Свою службу В.В. Ольферьев начал секретарем генерального консульства во Львове (Австро-Венгрия). В 1910 г., имея чин коллежского асессора, получил должность секретаря консульства в Кенигсберге, откуда был отозван в 1914 г. в связи с началом первой мировой войны. В 1915 г. в чине надворного советника занимал пост вице-консула в Бургасе (Болгария). Награжден орденом Св. Анны третьей степени с мечами и бантом.

ОСТРОВСКИЙ ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ - консул в Мемеле в 1893-1895 гг. Исправлял эту должность, находясь в чине статского советника. В 1895 г. был переведен из Восточной Пруссии в Ньюкасл-на-Тайне (Англия), в конце века был консулом в Лейпциге, а приблизительно с 1900 вплоть до 1914 г. служил генеральным консулом в Данциге (Гданьске), откуда был отозван в чине действительного статского советника в связи с началом первой мировой войны. Был награжден орденами Св. Анны второй степени и Св. Станислава второй степени.

ПОЛЯНОВСКИЙ ЗИНОВИЙ МИХАЙЛОВИЧ - консул в Кенигсберге в 1909-1914 гг. Начал дипломатическую службу в 1894 г. в качестве студента российской миссии в Токио. В феврале 1901 г. был назначен вице-консулом в Сеуле, откуда был переведен на такую же должность в японский город Нагасаки. В 1909 г. получил назначение на консульский пост в Кенигсберге, где пребывал в чине сначала коллежского, а затем статского советника вплоть до начала первой мировой войны. Награжден орденами Св. Анны третьей степени и Св. Станислава второй степени.

ПОРШ ФРАНЦ - нештатный вице-консул в Пиллау в 1898-1905 гг. В связи с учреждением нештатного вице-консульства в Пиллау приказом по МИД от 31 декабря 1898 г. туда был назначен иностранец Ф. Порш, который подчинялся российскому консулу в Кенигсберге и оставался на этой должности до 1905 г.

ПРОТОПОПОВ СЕРГЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ - консул в Мемеле в 1913-1914 гг. Сын статского советника, чиновника Московского главного архива МИД. Начал службу в 1894 г. в чине коллежского регистратора при Московском архиве МИД. В следующем году был командирован в Женеву, где состоял чиновником при консульстве. В 1896 г. переведен на должность секретаря и драгомана (переводчика) в консульство на греческом острове Сире (Сиросе),  затем исполнял те же обязанности на Пирее. В 1907-1913 гг. был вице-консулом в Адрианополе (Турция) и непродолжительное время в итальянском городе Бари. Пост консула в Мемеле занял в 1913 г., будучи надворным советником, вскоре получил чин коллежского советника. В связи с началом первой мировой войны был откомандирован на прежнее место службы в Италию. Награжден орденом Св. Станислава третьей степени.

РЕЙТЕРН БОРИС АЛЕКСАНДРОВИЧ - секретарь консульства в Мемеле в 1910-1912 гг. До назначения в Восточную Пруссию служил в чине коллежского асессора при генеральном консульстве в Париже. Во время первой мировой войны состоял в ведомстве МИД, занимал пост консула в Ницце. Награжден орденом Св. Анны третьей степени.

ТАЛЬ ПАВЕЛ ЯКОВЛЕВИЧ - консул в Мемеле в 1880-1884 гг. и в Кенигсберге в 1885-1891 гг. Во время пребывания в Мемеле произведен из надворных советников в коллежские советники. В 1885 г. переведен на консульскую должность в Кенигсберг, получив следующий гражданский чин статского советника. Приказом по МИД от 12 июня 1891 г. назначен консулом в Чикаго. Через четыре года вернулся в Европу и занял пост консула (с 1901 г. - генерального консула) в немецком городе Любеке, откуда был уволен по возрасту 1 мая 1906 г. После выхода в отставку в 1907-1914 гг. состоял нештатным российским консулом в Бремене и был отозван в связи с началом первой мировой войны. Службу завершил в чине действительного тайного советника, был награжден орденом Св. Анны второй степени.

ФЕРЗЕН ОТТО НИКОЛАЕВИЧ - барон,  секретарь консульства в Мемеле в 1906-1909 гг. Поступил на службу в центральный аппарат МИД в сентябре 1898 г., где в течение нескольких лет служил делопроизводителем во втором департаменте. В 1906 г. получил назначение на должность секретаря консульства в Мемеле, где оставался до 1909 г., имея чин IX класса титулярного советника. Затем был определен вице-консулом в Роттердаме (Нидерланды), где пробыл до первой мировой войны, дослужась до чина надворного советника.

ФИЛИППОВИЧ АЛЕКСАНДР АНТОНОВИЧ - дворянин,  консульский агент и секретарь консульства в Мемеле в 1883-1906 гг. В качестве консульского агента служил в Мемеле до 1884 г., имея низший гражданский чин коллежского регистратора. В 1897 г. получил должность секретаря консульства. В Мемеле пробыл более 20 лет, несколько раз получал повышение, дослужась до чина коллежского асессора, был награжден орденами Св. Станислава второй степени и Св. Анны третьей степени. Покинув Восточную Пруссию около 1906 г., он до начала первой мировой войны служил вице-консулом в Торне (Торуни) и Свинемюнде (Свиноуйсьце).

ФОЛЬБОРТ ЕВГЕНИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ - консул в Мемеле в 1885-1889 гг. Сын дипломата, действительного тайного советника Александра Фольборта. Службу начал с должности третьего секретаря канцелярии МИД в 1883 г., а уже в 1885 г. был назначен исполняющим обязанности вице-консула в Мемеле в чине коллежского секретаря, а затем произведен в титулярные советники. В 1889 или 1890 г. был переведен консулом в Амстердам, затем в течение примерно 20 лет занимал консульские посты в Бремене, Лиссабоне, Штеттине, Ростоке и Висмаре. К концу службы (около 1908 г.) имел чин статского советника, был награжден орденом Св. Станислава второй степени и Офицерским крестом итальянского ордена Короны.

ФУРУГЕЛЬМ ОТТОН ИВАНОВИЧ - секретарь консульства в Кенигсберге в 1899-1902 гг. Служил в Кенигсберге в чине коллежского асессора, затем переведен вице-консулом в Кардиф и Ньюпорт (Англия), где находился до 1909 г.

ШИШКИН ВИКТОР НИКОЛАЕВИЧ - консул в Мемеле в 1911-1912 гг. Сын известного дипломата, товарища министра, тайного советника Николая Павловича Шишкина. До приезда в Восточную Пруссию служил секретарем консульства в Ньюкасле-на-Тайне (Англия) в 1903-1910 гг., откуда был переведен консулом в Мемель в чине коллежского советника. Уволен со службы в 1915 г. в чине статского советника. Был награжден орденом Св. Анны третьей степени.

ЭБЕРГАРД ФЕДОР ИВАНОВИЧ - консул в Мемеле в 1890-1892 гг. Имел чин статского советника, был награжден орденом Св. Владимира третьей степени.


1 В 1913 г. российские дипломатические представительства, в том числе консульства, имелись в 474 пунктах земного шара; правда, лишь в 144 городах они были "штатными" (См.: Сабанин А.В. К вопросу о положении консульской службы и об ее задачах // Известия МИД. СПб., 1913. Кн. 2. С. 141).

2 См.: Костяшов Ю.В. Описание Кенигсберга (1885 г.) первого русского консула Ивана Исакова // Калининградские архивы. Калининград, 1998. Вып. 1. С. 64-78.

3 Ср.: Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1830. Т. 32. № 25450 (далее - ПСЗ); Annuaire diplomatique de L'Empire de Russie (Ежегодник Министерства иностранных дел Российской империи). Snt.-P., 1865. P. 50; 1884. P. 44; 1900. P. 90-91 (далее - Annuaire).

4 В эти годы в административном центре Восточной Пруссии находилось 20 иностранных консульств (Австро-Венгрии, Англии, Бельгии, Дании, Греции, Италии, Испании, Мекленбурга-Шверина, Нидерландов, Норвегии, Португалии, Сербии, Франции, Турции, Швейцарии, Швеции, а также Бразилии, Панамы, и Соединенных Штатов). Русское императорское консульство было среди них единственным штатным, т. е. работало на постоянной основе. Его резиденция накануне первой мировой войны, в бытность консулом З.М. Поляновского, располагалось по адресу: Минцштрассе, 18 (см.: Канторович М. Путеводитель по Кенигсбергу. Кенигсберг, 1912. С. 68).

5 Annuaire. 1907. P. 44-45; 1914. P. 48.

6 Указанные нормы действовали вплоть до 1914 г. (См.: Смета доходов и расходов Министерства иностранных дел на 1909 год. СПб., 1908. С. 86-89; Смета доходов... на 1914 год. СПб., 1913. С. 90).

7 В связи с революцией 1905 г. нормальное телеграфное сообщение Кенигсберга с Санкт-Петербургом было нарушено: "Вследствие телеграфной забастовки в России, - говорилось в отчете консульства, - телеграммы доставлялись курьерами в Кенигсберг и отсюда посылались по германскому телеграфу". Если в 1904 г. на телеграммы из МИД в Кенигсберг было истрачено всего три рубля, то в 1905 г. 3885 руб. (см.: Смета доходов...  на 1908 год. СПб., 1907. С. 49).

8 Сводка отчетов миссий и консульств о консульской деятельности за 1907 год / Составил З.М. Поляновский. СПб., 1908. С. 17.

9 Там же. С. 28-29, 31.

10 Там же. С. 27.

11 Сводка отчетов... С. 30; Смета доходов... на 1914 год. СПб., 1913. С. 104.

12 На территории Германии православные церкви, находившиеся в ведении российского МИД, были в городах Баден-Бадене, Берлине, Веймаре, Висбадене, Дармшдадте и Дрездене (см.: Annuaire. 1908. P. 81-82).

13 В начале XX в. тарифы на консульские сборы составляли: за выдачу паспорта - 3 руб., за визу иностранцу - 2 руб. 25 коп., за составление разного рода актов, в том числе завещаний - от 1 до 15 руб. (См.: Устав консульский // Свод законов Российской империи. СПб., 1903. Т. 11. Ч. 2. С. 47).

14 Смета доходов... на 1909 год. СПб., 1908. С. 10-11; Смета доходов... на 1914 год. СПб., 1913. С. 10-11.

15 Ср.: ПСЗ. Т. 37.  № 28444; Устав консульский. С. 3-47; Вейнер А.П. Консулы в христианских государствах Европы и САСШ. СПб., 1894. С. 42.

16 Консулы. СПб., 1904. С. 15-16

17 Так, в 1907 г. консулом в Кенигсберге было засвидетельствовано 956 актов и документов, в Мемеле - 88. В то же время оформлено 294 паспорта и 1997 виз в Кенигсберге и 10 паспортов и 467 виз в Мемеле (см.: Сводка отчетов...  С. 18-19).

18 Об этой стороне деятельности консулов см. также: Березников В.А. О деятельности консула по отношению к отечественной торговле. СПб., 1900; ГоряиновС.М. Руководство для консулов. СПб., 1903.

19 Когда в 1876 г. знаменитый революционер и теоретик анархизма П.А. Кропоткин бежал из Николаевского военного госпиталя и по поддельному паспорту выехал за границу, на его розыск в Восточную Пруссию (место его предполагаемого нахождения) был направлен чиновник особых поручений В. Смельский. В июле того же года в Кенигсберге, Пиллау и других городах провинции при активном участии консула Вышемерского и местной полиции была развернута масштабная розыскная акция, которая, впрочем, не дала результатов. (См.: Смельский В.Н. Розыски П.А. Кропоткина в 1876 г. // Голос минувшего. 1917. № 1. С. 84-90).

20 Устав консульский. 1903. С. 3-7, 27-28, 38-43.

21 О правах нештатных консулов // Известия МИД. Пг., 1915. Кн. 4. С. 166-168.

22 Консульские донесения. СПб., 1886. № 36. С. 6.

23 Там же. С. 9. По собщениям консула А.М. Выводцнва за 1905 г., канал Кенигсберг-Пиллау ненадолго замерзал и в последующие годы, однако "проход всегда содержался в исправности, благодаря двум первоклассным ледоколам "Прегель" и "Кенигсберг". (См.: Выводцев А.М. Торговля Кенигсберга в 1905 году // сборник консульских донесений. СПб., 1906. Вып. 6. С. 503).

24 Консульские донесения. 1886. № 40. С. 7; № 41. С. 10.

25 Там же. 1889. № 63. С. 6.

26 Там же. С. 7.

27 Там же. С. 6.

28 Сводка отчетов... С. 12.

29 Консульские донесения. 1889. № 63. С. 2-3.

30 Выводцев А.М. Указ. соч. С. 496.

31 Краткий обзор донесений императорских консульских представителей за границей за 1914 год. Пг., 1915. С. 68.

32 Сводка отчетов... С. 9.

33 Там же. С. 3-7.

34 Там же. С. 14-15.

35 Там же. С. 23-24. Консулы обязаны были, в частности, документально подтверждать факт смерти российского гражданина и заниматься делами о наследстве. Это был довольно большой объем работы: в 1907 г., например, в Кенигсберге умерли 103 наших соотечественника.

36 Ср.: Канторович М. Указ. соч. С. 68; Островский Д.Н. К вопросу о русских сельских рабочих в Германии // Известия МИД. СПб., 1912. Вып. 6. С. 211-215. Сводка отчетов... С. 25, 32-33.

* Южная военная тюрьма

37 Казем-Бек П.А. Поездка по Германии во время войны русской сестры милосердия. Пг., 1916. С. 55-56.

Наверх